Война в Иране привела к росту транспортных расходов, добавив неожиданное повышательное давление к стоимости стали, как сырой, так и готовой. Морское бункерное топливо в крупных портах выросло на 60-75 процентов с конца февраля, экспортные перевозки металлолома с Восточного побережья США в Турцию выросли примерно на 50 процентов, а розничное дизельное топливо в США выросло почти на 50 процентов за тот же период, что привело к росту расходов на фрахт на каждом этапе цепочки поставок стали.
Морской топливный шок в результате закрытия Ормузского пролива реален и поддается количественной оценке. Президент Трамп вступил в должность 20 января 2025 года, когда цены на Brent составляли $ 81,68 за баррель, а в 2025 году наблюдалось постепенное снижение до минимума 16 декабря 2025 года до $ 59,93. Это приравнивалось к снижению почти на 27 процентов цены на нефть марки Brent за год, что привело к снижению стоимости бункерного топлива и стоимости фрахта. Тем не менее, с начала войны в конце февраля 2026 года цены подскочили с $ 71,32 до $ 138,21 на пике 7 апреля 2026 года, что означает рост на 93 процента менее чем за 45 дней. И эти последствия напрямую влияют на стоимость доставки и цены на сталь.
В то время как грузоотправители сами поглощают часть топливных сборов и экономят деньги, замедляя время в пути судна, стоимость фрахта, тем не менее, ощутимо увеличилась примерно на 50 процентов. Грузоперевозки с Восточного побережья США в Турцию выросли с довоенных низких $ 30/т до более чем $ 46-48/т в настоящее время. И эта закономерность следует глобально. За исключением Лос-Анджелеса, который
